16 июня 2020

Михаил Сутягинский о планах группы компаний «Титан» в Псковской области и мире без полимеров

Предлагаем вашему вниманию текстовую версию программы «Гайд-парк» с участием председателя Совета директоров ГК «Титан» Михаила Сутягинского, которая вышла на волнах радио «Эхо Москвы» в Пскове (102.6 FM).

Константин Калиниченко: Добрый день, уважаемые радиослушатели. На волнах радио Эхо Москвы в Пскове – «Гайд-парк», территория, где мы открыто говорим на актуальные темы. В гостях у нас сегодня председатель Совета директоров ГК «Титан» Михаил Сутягинский. Михаил Александрович, добрый день!

Михаил Сутягинский: Добрый день.

Константин Калиниченко: Накануне Псковский городской суд подтвердил право «Титан-Полимера» строить завод на территории ОЭЗ «Моглино». В ближайшие 30 минут поговорим о том, каким стал 2020 год для предприятий группы компаний «Титан», как повлиял коронакризис и ограничительные меры на реализацию стратегических проектов группы компаний, и о том, что представляет собой химическая промышленность, химия полимеров в наши дни, безопасно ли современное химическое производство. Страхов на этот счет у людей много. И их надо развеивать. Не менее важный вопрос - возможна ли жизнь современного человека без этих самых полимеров. Михаил Александрович, рады видеть вас в нашей студии. Расскажите, какие сегодня стратегические проекты реализуют предприятия Группы компаний «Титан»?

Михаил Сутягинский: Хочу поприветствовать всех радиослушателей. Приятно, что у меня появилась очередная возможность быть в Пскове. Псков меняется, становится краше. Слава богу, зелень вовсю распустилась, город приукрасился, поэтому у меня хорошее настроение, несмотря на то, что новости о коронавирусе приносят немало огорчений. Да, на самом деле, никто не был готов к такому развороту, который принес этот високосный год. И в планах ГК «Титан» было три крупных проекта — два в Омске и один — самый крупный — в Пскове. Это «Титан-Полимер».

Могу сказать, что мы в начале года запустили завод по производству фенола и ацетона в Омске, что дает нам возможность дальше реализовывать проект. Он уже в стадии завершения. Это завод изопропилового спирта. Мы для себя определяли следующее: что изопропиловый спирт станет основным сырьевым продуктом для перевода омывающей жидкости с метанола на изопропил, что улучшит экологические качества и сохранит здоровье сотням, миллионам наших граждан. Но оказалось, что изопропиловый спирт стал основным сырьем для производства антисептиков в условиях коронавируса. Именно изопропиловый спирт помогает нам купировать распространение болезни, защитить себя.

Мы, глядя на всю эту ситуацию, приняли решение о создании пяти комплексов в федеральных округах РФ, где можно будет производить не только «омывайку», но и антисептики, что позволит нам закрыть проблемы, которые страна получила в момент распространения коронавируса. Надо сказать, что эти вызовы для всего российского бизнеса стали достаточно серьезным испытанием. Упали рынки, спрос, поскольку все ушли на самоизоляции, и это сказалось в том числе и на развитии ГК «Титан», несмотря на то, что группа компаний была и остается в статусе системообразующего предприятия, и мы по декларациям, сделанным правительством РФ, надеемся, что сможем удержать свои позиции.

В первую очередь, это рынки, на которых мы присутствовали. Мы отгружаем продукцию в более чем 40 стран мира, и это накладывает на нас обязательства, ответственность. Но это не повлияло, а, наоборот, дало возможность укрепить в сознании мысль о необходимости инвестпроекта, который мы сегодня реализуем в Псковской области. Вопрос по БОПЭТ-пленке. Если б он был реализован, он не дал бы возможность увеличения импорта продукции в Россию. Мы могли бы полностью закрыть потребности в этом виде продукции. Более того, как никогда, сегодня есть потребность в увеличении срока сохранности всех продуктов питания, растительного сырья, которое идет на переработку. И БОПЭТ-пленка как раз является основным сырьевым продуктом в этом плане.

Константин Калиниченко: ГК«Титан» - это крупный бизнес. Многим кажется, что в условиях коронавируса крупный бизнес может и потерпеть. Как я понимаю, это совершенно ошибочное суждение, и крупному бизнесу едва ли приходится легче остальных. Какими мерами и программами господдержки воспользовалась или воспользуется ваша компания в новых экономических условиях?

Михаил Сутягинский: Вы абсолютно правы. Чем крупнее предприятие, тем глобальнее уровень потерь. Мы вынуждены были остановить в мае на капремонт все производства (как правило, они у нас останавливаются поочередно в течение года). Мы так затарились готовой продукцией, что у нас только в вагонах-цистернах скопилось 40 тыс. тонн товарной продукции, и мы заставили все подъездные пути. Ни принимать сырье, ни ехать нам было некуда, потому что спрос полостью отсутствовал. Конечно, это ликвидность предприятия, множество других вещей, связанных с расчетом за сырье. Это зарплата. При этом мы не сократили у себя ни одного работника.

Более того, в силу открытия нового направления по производству антисептиков мы наоборот приняли себе в компанию еще 114 человек. Было задание президента - увеличить производство средств индивидуальной защиты и мы приняли в этой работе активное участие. Мы готовили себя именно к переработке изопропилового спирта и много чего в этом направлении сделали. На трех площадках мы открыли это направление. Сейчас мы получили одобрение на финансирование под оборотные средства, потому что они у нас кончились еще в апреле. Продукция накапливалась, нам нужно было в этой ситуации все это использовать.

Сегодня мы как системообразующее предприятие получили одобрение из Фонда развития промышленности на очередной транш под банковскую гарантию. Если в этом месяце ликвидность нашего предприятия не восстановится и отгрузки идти не будут, мы будем вынуждены брать кредит на выплату зарплат работникам. Условия, которые предоставлены, достаточно хорошие. Можно сказать, это рекордная процентная ставка. Но все равно это займ, это обязательство, которое мы должны будем выполнить.

Конечно, у нас немалый опыт работы в условиях предыдущего кризиса 2008 - 2009 годов, да и 2016 год тоже серьезно сказался. Мы выпускаем продукцию 3-4 передела — отходы, которые остаются после «нефтянки». И она напрямую привязана к бензину. Представьте, мы выгружали до 15 тыс. тонн этой продукции в месяц, и вдруг все это разом рухнуло. Невозможно остановиться в один день, это предприятие непрерывного цикла, но коллектив со всем справился. Дальше мы вынуждены были плавно сократить объем производства и ведем диалог, чтобы по ряду продукции получить отсрочку платежа у вертикально интегрированных компаний. Но в целом пока ситуацию удерживаем.

Константин Калиниченко: Давайте теперь поговорим о вашем проекте в Псковской области.

Недавно были публикации о том, что «Титан-Полимер» рассматривает возможность пересмотра строительства второй очереди проекта. Речь шла о производстве ПЭТ-гранул. Прокомментируйте это, пожалуйста, насколько это все достоверно.

Михаил Сутягинский: В условиях пандемии сегодня жизненно важными оказались средства индивидуальной защиты. Если б мы обладали тем уровнем и теми сырьевыми материалами, к примеру, неткаными, в достаточном количестве, а не стояли бы перед Западом и Востоком с протянутой рукой, думаю, мы бы сохранили жизни не одной тысячи человек, которые умерли. Это беда, это горе у семей, которые лишились близких и кормильцев. Более того, коронавирус косит не только пожилое население, но и молодых.

В данной ситуации мы, конечно же, посмотрели на возможности и еще раз убедились в правильности того, что предложили руководству Псковской области строить здесь такой комплекс. Завод ПЭТФ-гранул просто необходим. Нетканые материалы из ПЭТФ имеют больше преимуществ по сравнению с «нетканкой» из полипропилена. Уже и военные, и химики подтвердили проведенными испытаниями, что продукция из ПЭТФ даже при термообработке не теряет своих функциональных возможностей и сохраняет защитные свойства даже в самый жесткий коронавирус. Этот завод, мы считаем,необходим не только для Псковского региона. Он необходим всей стране. Мы стопроцентно весь нетканый материал импортируем в РФ.

Я бы еще добавил, что класс опасности этого производства, когда его построят, будет другим — у завода будет третий класс опасности. И могу сказать, что мы заканчиваем испытание материалов в плане их химических свойств и наличия выбросов. Испытания ведутся со всеми заинтересованными органами - Минздравом, Росприроднадзором, Роспотребнадзором и институтами, которые проводят испытания в том числе на мышах. Мы проходим сегодня пятый этап, который показывает, что воздействие на организм человека минимально. Это производство можно было бы отнести и к четвертому классу опасности, но за исключением ряда незначительных моментов он в принципе соответствует третьему классу. А это значит, что санитарно-защитная зона этого комплекса будет не более 300 метров.

Константин Калиниченко: Надо пояснить радиослушателям, что эти цифры - третий, четвертый класс опасности и так далее - было бы правильно называть классами безопасности. Это максимально безопасные производства с наименьшими охранными, защитными санитарными зонами именно потому, что данные предприятия, так уж получается, гораздо безопаснее многих пищевых производств.

Михаил Сутягинский: Абсолютно так. Могу сказать, что лакокрасочные, пищевые предприятия, особенно по утилизации ингредиентов к пищевым продуктам, гораздо опаснее продукции, которую собираемся выпускать мы. Достоинство этого продукта — в том, что он не вступает в реакцию абсолютно ни с чем. Это единственный продукт из полимеров, который является самым инертным. С его использованием сегодня делают системы для переливания и хранения крови, для хранения лекарственных средств. Все это из полиэтилентерефталата. Самое главное — мы имеем возможность развернуть кооперацию среди предприятий среднего и малого бизнеса, предприятий, которые уже шьют маски. Только класс защиты будет уже выше.

Константин Калиниченко: Это на самом деле здорово, потому что мы в один прекрасный момент оказались перед вызовом, и наше государство как-то выправляется, но понятно, что мы были к этому не готовы. А можно ли сегодня говорить, что полимеры, химия полимеров все больше входит в нашу повседневную жизнь? Можно ли сказать, что современная химия — благое, безопасное и неизбежное дело?

Михаил Сутягинский: Первое — неизбежное. Безопасное или не безопасное — есть несколько толкований. Сегодня не безопасным может быть даже то, что мы постоянно потребляем. Например, если мы съедим за ужином в два раза больше, это тоже не пойдет на пользу. Если мы скушаем что-то несвежее, это тоже будет иметь не очень хорошие последствия для организма. Химия сегодня проникла во все сферы жизни общества, и мы не имеем возможности сегодня без нее существовать. Могу сказать это со всей ответственностью. Все, что есть сегодня у нас в повседневной жизни, — и есть нетканый материал либо то волокно, которое используется для производства одежды. Любимый материал женщин — полиэстер. Он не оказывает никакого аллергического воздействия на кожу и в нем уютно себя чувствуешь. Все это можно будет производить на площадях ОЭЗ «Моглино».

Константин Калиниченко: Это было бы здорово. Хочу заметить, что мы тут не агитируем, а пытаемся провести ликбез, что современная химия — это не труба с черным дымом и не производство резины, которое вызывает у людей совершенно устаревшие ассоциации.

Михаил Александрович, попытаемся развеять еще один миф. В интернете активно обсуждают «отказ от пластика в Европе». В частности, отказ от пластиковой одноразовой посуды. Многие делают вывод, что пластик и полимеры уходят в прошлое. Так есть ли будущее у полимеров?

Михаил Сутягинский: Могу сказать: этого будущего даже больше, чем нам представляется. Все говорят об одноразовой или биоразлагаемой продукции. Да, это уместно в каком-то минимальном соотношении. Но это все равно процесс гниения. Биоразлагаемая часть выделяет какие-то вещества, и при этом происходит распад. Считаю, что сегодня более разумной является вторичная переработка, которая позволит использовать продукцию и в дальнейшем, в новых направлениях.

Остановлюсь на ПЭТФ. Специалисты ГК «Титан» - химики, имеющие заслуженные звания - в стратегии определили ПЭТФ как самый перспективный пластик, который потихоньку будет вытеснять другие пластики. Мы видим, что он может участвовать во вторичной переработке бесконечное количество раз. Пусть его использование будет одноразовое, но он тут же может идти в переработку, причем конверсия этого продукта может составлять 100%. При этом будет производиться более дешевая продукция, более доступная для использования. Даже в автостроении мы можем претендовать на удешевление готовой продукции. ПЭТФ также используется в авиа-, судостроении... Поэтому считаю, что в РФ процентное содержание будет кратно увеличено в сторону полимеров. Если брать одноразовые стаканчики из бумаги, процесс их производства в десятки раз вреднее, чем производство ПЭТФ.

Константин Калиниченко: То есть целлюлозно-бумажный процесс вреднее, чем ПЭТФ.

Михаил Сутягинский: Именно так. Мы говорим про Псков, про комплекс «Титан-Полимер» и об этом можно прямо и смело заявлять.

Константин Калиниченко: Михаил Александрович, есть распространенное мнение, что пластик — совершенно не разлагаемый, не перерабатываемый материал, и пакетик из супермаркета — страшный враг экологии. Можно ли что-то делать с полимерами в плане переработки, утилизации?

Михаил Сутягинский: Сегодня множество компаний по всему миру, которые думают о будущем, разрабатывают материалы, которые как раз биоразлагаемые. Многие даже пишут на пакетах - «биоразлагаемые». Можно даже увидеть, что его структура начинает меняться. Но это длительный процесс. Считаю, с точки зрения материальной, хозяйской для всех нас более приемлема все-таки культурная утилизация с раздельным сбором мусора, с раздельным разбором полимеров, которые, в принципе, могут идти в переработку и утилизацию. И полипропилен хорошо перерабатывается в определенных пропорциях, и полиэтилен, и полиамид. Для этого уже есть технологии, их необходимо развивать.

Считаю, вторичная переработка — как раз по зубам среднему и малому бизнесу. Мы у себя на площадке скоро подготовим целый кейс именно по вторичной переработке продукции, которую можно будет утилизировать в Псковской области на площадке в «Моглино» без какого-либо вреда. Больший вред в этой ситуации — если пакет просто валяется на улице. Как говорится, отходы надо превращать в доходы. Это даст возможность бизнесу себя чувствовать независимо и открывать новые рабочие места. Но это высокоинтеллектуальная работа. Это непростой труд, для этого необходимы хорошие знания процесса химии. Но при появлении таких процессов появятся как спрос, так и предложения, которые позволят двигаться по науке дальше.

На базе «Титан-Полимера» будет создан научно-технический центр. Мы сегодня оговариваем массу предложений с ПсковГУ, а на днях как системообразующее предприятие подали заявку на господдержку, которая позволит нам заниматься развитием новых технологий и новых материалов. Планируем, что здесь, на псковской площадке, будет работать Кабардино-Балкарский ведущий институт в области полимеров, у них много наработок. Это даст возможность создать здесь кафедру, и студенческая молодежь сможет совершенствовать свои знания в области вторичной переработки. Здесь может быть создан настоящий кластер, при том, что класс опасности не будет влиять на наше состояние здоровья (эта тема уже набила оскомину, но нам приходится говорить об этом).

Более того, химия имеет безграничные возможности с точки зрения совершенствования технологических процессов. Предприятиям надо помогать, чтоб можно было совместно заниматься улучшением технологических процессов. Научные разработки, которые может делать ПсковГУ, создав у себя научную базу на уровне лаборатории, позволят дать серьезный толчок для взаимосвязи между действующими предприятиями и для развития новых технологий, потому что будет база, от которой можно отталкиваться.

Константин Калиниченко: Михаил Александрович, под конец эфира у меня вопрос совершенно, может быть, обывательский. Как, на ваш взгляд как эксперта, флагмана химической промышленности, выглядел бы наш мир, если бы не было химии полимеров? Чего мы были бы лишены?

Михаил Сутягинский: Я бы сказал так: все стены наши были бы из самана. Это глина и солома. Посуда тоже была бы глиняной. Фарфор, более тонкий, чем глина, - это тоже химия. И стеклянная посуда, из которой мы пьем и едим, - тоже. Мы бы были разуты - раздеты, ходили бы все в льняной одежде. Но в такой одежде ходили не все — ее могли себе позволить достаточно обеспеченные люди. Это в наше время не отличишь, богатый человек или бедный. Тот, у кого доход меньше, может выглядеть лучше, чем тот, кто имеет больше возможностей. Мы однозначно не могли бы использовать ни автомобилей, ни самолетов. Так что сегодня жизнь и развитие нашей цивилизации без химии не возможны.

Константин Калиниченко: Последний вопрос. Должен ли бизнес, особенно крупный, в современных условиях быть социально ответственным, добровольно финансировать социальные программы, заниматься благотворительностью?

Михаил Сутягинский: Однозначно да. Социально-корпоративная ответственность должна быть обязательным условием деятельности каждого предприятия. Если на предприятии трудится многотысячный коллектив, оно не может не учитывать его интересы и не интересоваться, как живут сотрудники. Оно должно быть заинтересовано в подготовке новых кадров, в их выводе на качественно новый уровень.

ГК «Титан» работает с пониманием своей социальной ответственности. Только в Омском регионе на эти цели заложено 50 млн рублей. В каждом регионе, где мы присутствуем, в том числе в Псковской области, мы приняли участие в ряде мероприятий, где оказали поддержку. Хоть наше предприятие в Псковской области еще не функционирует, но мы говорим о том, что мы уже здесь и готовы делить с псковичами все радости и невзгоды.

Константин Калиниченко: На этой оптимистичной ноте наш эфир заканчивается, хотя еще осталось много вопросов. Михаил Александрович, спасибо, что были сегодня с нами, до свидания.

К списку  
Пресс-служба
60 лет «Омскому каучуку»
Отправьте свое поздравление заводу и поделитесь событием в социальных сетях